logo



Психологические методы подбора и оценки персонала HR-Лаборатория Human Technologies
Ваш провайдер оценки персонала
Москва
Обратная связь
test@ht.ru
+7 (495) 514-31-15
+7 (495) 669-67-19
Главная О компании Контакты Техподдержка HT-Line Наши представительства





Rambler's Top100

Яндекс цитирования

Яндекс.Метрика

Уже не соционика, но еще не дифференциальная психология

Автор: А.Г.Шмелев,
доктор психологических наук, профессор МГУ,
научный руководитель  лаборатории «Гуманитарные технологии»

            Данная книга несомненно принадлежит к числу тех бестселлеров американской психологии, которые шагнули далеко за пределы  научных библиотек и давно заслужили того, чтобы быть переведенными на русский язык. Все дело в том, что авторам удалось наполнить туманную и изложенную малопонятным языком теории Карла Юнга более доходчивыми и понятными примерами.  

О потребности нашего российского общества в ясной и яркой типологии индивидуальности говорит высочайшая популярность на русском языке книг по так называемой «соционике» (автор-основоположник этой концепции – социолог А.Аугстинавичюте). И тут надо прежде всего разъяснить, что «русскоязычная соционика» - это далеко не самостоятельная теория. Хотя авторы «соционики» пытаются напрямую ссылаться на теорию типов Карла Юнга (также, впрочем, как это делают Изабель и Питер Майерс-Бриггс), но и они используют определенные «эмпирические индикаторы» в представлениях о юнгианских типах, которые десятилетиями накапливались в рамках практики использования «определителя типов» MBTI.

            Конечно, можно и нужно критиковать авторов MBTI  с позиции достижений современной дифференциальной психологии[1] и психометрики[2] (что ниже я предполагаю сделать), но необходимо отметить и очевидные научные достижения. Все, как говорится, познается в сравнении.   Например, соционика  едва ли не главным образом апеллирует к литературно-художественным ассоциациям самого массового читателя (как будто иных читателей, чем типа SF - с образно-ассоциативным мышлением, просто не существует!). Соционика фактически не предлагает ясной экспериментально-научной аргументации, почему тот или иной юнгианский тип можно проиллюстрировать определенным литературным или историческим персонажем (Дон-Кихот, Максим Горький и т.п.).  В отличие от соционики, авторы MBTI немало страниц своей книги уделяют освещению конкретных эмпирико-статистических данных, указывающих на частоту встречаемости определенных типов в определенных социально-профессиональных группах людей.  Повышенный процент (по сравнению с генеральной совокупностью) отражается в рамках так называемого «коэффициента самоотбора»[3]. И хотя для оценки значимости этого коэффициента не применяется в книге никаких статистических критериев (к радости массового читателя и к огорчению специалистов), все же это следует считать несомненным доказательством валидности методики по  «известным группам»[4].

            Очень полезными, глубокими и одновременно практически-значимыми следует признать те главы и страницы данной книги, в ходе которых авторы убедительно доказывают главную гуманистическую идею, которая вынесена в заголовок: учет типологии в ходе обучения или управления людьми позволяет лучше использовать «дар каждого человека», ибо каждый человек при надлежащем использовании его сильных сторон может превосходить всех других в каком-то особом занятии. Почему не все дети успешно осваивают школьную программу? - На этот вопрос авторы предлагают объяснение, которое вовсе не сводится к врожденным характеристикам вроде умственного темпа (что измеряют фактически большинство тестов  IQ), а доказывают вполне убедительно со ссылками на определенные психолого-педагогические эксперименты: если детей «сенсориков» и «эктравертов» (типа ES)  учить с поправками на их особенности и запросы - в пропорциях абстрактных понятий и иллюстративных примеров, если им предлагать своевременные паузы для определенной собственной умственной активности по установлению связей между словами и вещами (физическими процессами), то эти дети не то, чтобы догоняют, но не так сильно отстают в усвоении академических (вербальных) знаний по сравнению с усидчивыми и абстрактно-мыслящими «интуитивными интровертами» (типа IN), на которых преимущественно ориентирована современная методика преподавания в школе.

            Таким образом, главный недостаток данной книги является воистину продолжением ее главного достоинства. В предисловии к английскому изданию знаменитой книги Изабель Майерс-Бриггс уже говорится о том, что академическая психология очень неохотно принимала (а в чем-то и до сих пор не принимает[5]) этот подход. Автор данного комментария к русскому переводу считает необходимым объяснить читателю, в чем тут дело. Дело в том, что научно-психологические тексты очень сложны для восприятия широкой публикой, потому что они описывают очень сложную реальность без попытки ее огрубления и упрощения. Для таких научных трудов находятся свои читатели, но их тысячи, а никак не миллионы. Если автор ставит целью написать книгу, которую прочтут миллионы, то он обречен на то, чтобы основные свои идеи огрублять и упрощать - делать доступным тем, кто не имеет в своем арсенале систематизированных понятий и обозначающих их терминов научной психологии, а также знаний о процедурах конструирования тестов. Вот таким образом и появляются 16 типов, к которым теперь некоторые практикующие психологи, на читавшие ничего более глубокого и серьезного, чем эта книга, и пытаются свести все многообразие психологических типов. Таким образом, фактическим главным потребителем этой книги является вовсе не только и не столько практикующий психолог, а самый широкий круг читателей, интересующихся популярной психологией как инструментом самопознания.

            Какие же огрубления в типологии Юнга-Майерс следует считать «натяжками», которые не подтвердились данными современной науки?

1)      Во-первых, психологических типов и факторов, их различающих, гораздо больше.  Конечно, трудно выучить наизусть и применять, например, 16 факторов, которые в своих многочисленных сочетаниях порождают гигантское многообразие типов (имею в виду теорию и соответствующий тест-опросник 16PF Р.Кэттелла, немногим уступающим по своей популярности MBTI). Проще запомнить 4 парных понятия (всего 8), которые дают «два в четвертой степени» типов (то есть, 16).  Но такая грубая, глобальная  сетка диагностических (различительных) категорий позволяет предсказать поведение людей только в самых глобальных жизненных выборах (выбор профессии, который складывается и действует на протяжении всей жизни), но не в ряде более частных но вполне значимых для социума ситуациях.  Например, если Вы хотите выяснить, повышена или понижена вероятность того, что данный человек будет обкрадывать собственную компанию или проявит корпоративную лояльность, то ни один из факторов MBTI и их комбинация не сработает, ибо ни один из них явно не связан с уровнем усвоения человеком морально-социальных регуляторов поведения (на это, например, работает фактор G из 16PF). То же можно сказать и про ситуацию, когда нужно предсказать, кто больше готов взять на себя роль лидера (фактор E из 16PF). Тут же уместно заметить, что самыми близкими из 16PF для шкал MBTI (бинарных признаков, или «предпочтений») являются: А (аффектотимичность) - для бинарного признака E-I, M  (мечтательность) - для признака S-N, I  (сензитивность) - для признака F-T, Q3 - для признака P-J. Хотя эти соответствия ни в коем случае нельзя считать однозначными,  все же они иллюстрируют, что  описательная мощность более многофакторной диагностической сетки понятий выше, чем это дает сетка MBTI. Если пользоваться аналогией из области химии, то следует сказать так: из более широкого множества химических элементов можно создать большее разнообразие молекул разных веществ, чем из 8 парных элементов[6].

2)      Во-вторых, людей, которые точно вписываются в какой-то определенный тип из 16  МЕНЬШЕ, чем людей смешанных типов. Если Вы начинаете не предвзято, а строго анализировать, как часто люди отвечают на широкий набор вопросов  теста, описывающих определенные типы, то выясняется, что один и тот же человек с вероятностью 0,6 может относиться к одному из 16 типов (допустим INTJ), с вероятностью 0,5 к другому (допустим INTP, если по четвертой шкале он занимает положение ближе к середине, чем к полюсам), а с вероятностью 0,4 - к третьему (ENFJ).  Что же происходит, когда  учитывается лишь информация о принадлежности к первому типу INTJ, а два других факта просто игнорируются как менее вероятные? - А происходит потеря точности прогноза в отношении тех ситуаций, для которых вероятность определенного поведения в соответствии с двумя другими типами весьма велика. Вероятностная (мягкая) классификация людей - это нечто противоположное жесткой грубой типологии, которую проще понять и усвоить, но фактически она менее точна. Автор данных строк говорит о такой вероятностной сложной картине не голословно, а сам получал эти данные во многих  тысячах тестовых сеансов с использованием аналогов методик 16PF, MBTI  и многих других, разработанных в лаборатории «Гуманитарные технологии» за 20 лет ее существования.

3)      В-третьих, не стоит думать, что сама по себе методика MBTI  дает всегда достоверную информацию и люди не искажают свои ответы в своих интересах. Когда мы в нашей лаборатории добавили в систему вопросов на выявлении юнгианских типов ( важно пояснить, что мы разработали другую, свою собственную систему вопросов, не переводя вопросы Майерс-Бриггс на русский язык) вопросы-ловушки на так называемую «шкалу лжи» (или вопросы на выявлении тенденции давать «социально-желательные ответы»), то выяснилось, что люди в значимых для себя ситуациях (когда от ответов на тест зависит трудоустройство) дают ответы, статистически-связанные с баллами по «шкале лжи»[7]. Другой эффект искажения и снижения достоверности нами выявлен таким образом: мы разорвали полюса в бинарных (парных) качествах, которые соответствуют типам, и давали их испытуемых в отрыве друг от друга. Оказалось, что в этом случае испытуемые не так резко отклонялись в своих ответах к полюсам определенных типов, а гораздо чаще оказывались в серединке между E или I (экстраверсией или интроверсией), между S и N (сенсорикой или интуицией) и т.п.  То есть, определенная организация опросно-тестовой процедуры приводит в одном случае к тому, что испытуемый в своих последующих ответах острее стремится добиться «самосогласованности» (чтобы не противоречить самому себе), чем при другой процедуре, когда он вообще лишен возможности осознать противоречия в своих суждениях. Поэтому-то MBTI  проводит к усилению эффекта поляризации в принадлежности к определенному полярному типу. Все это нас приводит к рекомендациям в отношении ситуаций, в которых опросник MBTI дает более достоверную и менее достоверную информацию: в ситуации, когда испытуемый знает, какого типа личность ищет работодатель, он начинает «косить» под этот тип в своих ответах (чтобы учиться в сложном науко-емком вузе начинает отвечать, например, по типу IN), поэтому в ситуации отбора с методикой работать просто опасно и нужно обязательно страховать ее результаты использованием других методик, а иногда признавать результаты просто недостоверными. Другое дело - ситуации добровольной консультации с целью получения профориентационных рекомендаций (по выбору профессии). Здесь использование этой методики вполне уместно.

4)      Теория типов Юнга не соответствует (или, скажем мягче, не вполне соответствует) множеству экспериментальных тестов, разработанных с целью объективного различения так называемых «когнитивных стилей» (стилей мыслительной деятельности). Опросник MBTI - это опросник, то есть, методика самооценки и самоотчета. Тут  испытуемому не надо решать определенную задачу, где есть объективный критерий правильности ответа. Увы, авторы ничего не говорят читателю о тех экспериментах, в которых испытуемые оказались различающимися по совершенно иным параметрам, чем это принято в уже все-таки архаической, доэкспериментальной теории Карла Юнга. Они приводят данные об использовании их опросника, но ничего не пишут об  экспериментальных тестах на ригидность (например, арифметический тест А.Лачинза), или экспериментах Г.Уиткина, где выявлен или описан феномен так называемой «зависимости от поля», - характеристики, лежащей, как это теперь считается общепризнанным, в основе глобального фактора, различающего «синтетический» и «аналитический» когнитивный стили. Вроде бы более аналитичными людьми должны быть те, кто попадает на полюс «Мышление» (Thinking), но корреляции между результатами опросника MBTI  и экспериментальными тестами подтверждают это не всегда. А об этом авторы не пишут.  А как в юнгианских типах описываются так называемые «рефлексивные» и «импульсивные» испытуемые (различаемые в тестах когнитивного стиля Дж. Кагана)? - На это, пожалуй, уверенно могут ответить лишь фанатичные юнгианцы, готовые «втиснуть» в прокрустово ложе 8 или 16 типов любые  проявления человеческой индивидуальности. 

5)      Теория типов противопоставляет себя параметрическим описаниям (теориям черт). На самом же деле существует возможность взаимоперевода и взаимной проекции одних концепций дифференциальной психологии в другие. Типы и факторы (параметры, черты личности) могут меняться местами. Эти процедуры снимают остроту вопроса о взаимной несовместимости (противоположности) разных теорий и усматривают между ними гораздо больше родства, чем думали сами авторы этих концепций, претендующие на уникальную универсальность своих теорий. Это оказывается возможным на основе определенных математических процедур над параметрами, описывающими индивидуальные достижения в тестах. В описании и применении этих процедур авторы книги, подобной данной, отстали примерно  … на полвека (!). Современные исследования с применением сложного математического аппарата многомерного факторного анализа многократно показали, что одни концепции можно вывести из других путем сложного «вращения» факторных осей в многомерном пространстве - надо лишь взять побольше факторов для вращения (так называемой «компьютерной ротации»).  Конечно, я понимаю, что читатель - даже тот, кто искренне старается понять данный абзац, но не знаком с факторным анализом, испытает очень большой дискомфорт. Но эту непростую мысль все-таки можно пояснить и для таких искренних пытливых, но не искушенных читателей. Возьмем пример с обычной географической картой местности. Можно оперировать четырьмя сторонами света, называя их, как в древности, типологическими терминами «Север», «Юг», «Восток» и «Запад». Но локализовать положение географического объекта на карте можно проще и удобней не по близости к этим  четырем «типам», а с помощью системы из двух параметров - Долготы и Широты, то есть, понятий, которые предлагается освоить еще в школьном курсе научной географии. Взгляните сами на карту, и Вы не увидите никакой противоположности между полюсами (типами) и параметрами «долгота-широта».  А теперь представим себе, что «земная ось» вдруг повернулась  на угол в 45 градусов (это не фантастика, Вы сами можете повернуть компас так, что стрелка будет смотреть не на букву N, а где-то между N и О). И там, где раньше был тип «Север» теперь оказался смешанный тип «Северо-восток» и т.п. Так называемые «типы» в этом случае будут очень неудобными ориентирами, но параметры Долготы и Широты продолжат свою работу точно также успешно, как и раньше, - будут точно указывать на локализацию объектов на карте.  Мы можем использовать для локализации не только проекции на оси X и Y (косинусы и синусы векторов), но и радианы и градусы (в рамках угловой метрики для локализации векторов), и часы и минуты (это на самом деле тоже угловая метрика, но на циферблатах, на которых «Северо-восток» - это один час тридцать минут). Важно подчеркнуть на этом простом примере двухмерных карт, что все эти системы взаимопереводимы друг в друга. Вот такой переход  - от локализации по типологическому принципу (от суждений в формате «объект, близкий к центру Москвы»), к локализации по параметрическому - еще предстоит совершить в психологии авторам и читателям книг, подобных «Определению типов». Их мышление и мировоззрение  находится на «доизмерительной стадии» (хотя уже и не вполне пра- или дологической), которую научная физика и другие естественно-научные дисциплины давно прошли. Увлечение подобными книгами может привести к консервации мировоззрения на этой более отсталой стадии.

 

Итак, книгу Маейрс надо читать, взяв из нее все то креативное и содержательное, что в ней, безусловно, содержится.  Но автор данного научного предисловия хотел бы предостеречь читателя от чрезмерного увлечения той мнимой простой и универсальностью этой типологии, которое авторы искусно создают на страницах своей талантливой и яркой книги, умело оставляя в стороне все те вопросы, на которые их теория и методика не дает ответа. В психологии еще не изобретены теория и методика, которые бы пригодились «на все случаи жизни». И это, наверное, только хорошо! Ибо за человечеством  сохраняется в этом случае возможность развиваться быстрее и оказываться сложней и разнообразней, чем любая теория и методика, претендующая на описание и диагностику типов людей.



[1] Дифференциальная психология - науки об индивидуальных различиях в психических свойствах людей.

[2] Психометрика - это наука о создании и применении точных инструментов (тестов, обоснованных статистически) для измерения психических свойств.

[3] Кстати, этот коэффициент - упрощенная версия коэффициента дискриминативности, который, в свою очередь, является упрощенной версией коэффициент четырехклеточной корреляции.- Примечание автора, добивающегося на лекциях по психологическому тестированию в МГУ уже 30 лет понимания студентами-психологами необходимости овладения этими коэффициентами.

[4] Валидность - это пригодность тестовой психодиагностической методики для различения определенных социально-значимых групп людей или для прогноза их поведения (по уровню производительности их труда, законопослушности и т.п.).

[5] Например, Вы не найдете шкал MBTI  среди 269 шкал нескольких десятков личностных тест-опросников, присутствующих в атласе IPIP - международном Интернет-проекте, созданном на базе Орегонского Исслодовательского Института (www.ipip.ori.org). Все дело в том, что при проведении эксплораторного факторного анализа (такого анализа, который выявляет спонтанные группировки ответов на тестовые вопросы), шкалы MBTI практически никогда не выявляются.

[6] Сторонники MBTI, знакомые с концепцией 16PF, могут возразить, что шестнадцать факторов Раймона Кэттелла (также как и десятки факторов, выделенных другими исследователями) вовсе не являются статистически взаимно-независимыми, то есть, что вторичный факторный анализ этих первичных факторов, проведенный, кстати. самим Кэттеллом, выявляет только 5 взаимно-независимых факторов (так называемая «Большая пятерка»). Но на это достаточно возразить, что четыре фактора Юнга легче спроецировать в «Большую пятерку», чем наоборот (ну хотя бы по причинам разной размерности - немного более высокой в случае пяти факторов, чем в случае четырех).

[7] Я чуть было не написал тут слово «корреляция», которое авторы книги умудрились успешно избежать, чтобы не запугивать читателя статистическими понятиями, но современная  дифференциальная психология не может обойтись без этого понятия, как не может обойтись без различения «кластеров» и «факторов», то есть, типов и параметров, их различающих.

 

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить





busyЗагрузка опроса...
Комментарии к статьям